
[лик Христа] И если сколько-нибудь только [если только любовь а. немного б. сколько-нибудь] любовь [любовь наша] оторвалась от чувственного, уже [уже она] край мелькнул Христа. Ибо одна только чувственная любовь [Только та любовь, которая а. любит б. привязана чувственно] вследствие каких бы то ни было житейских отношений, привязанностей даже кровных, которая видит образ человека, [Далее было: эта любовь] а не образ [В подлиннике: к образу] божеств<енного>, одна только та любовь не встретит Христа. [Далее начато: а. Неизреченна эта любовь б. Любви в. Да, только ею, святой любовью можно молиться Христу. Ее находим в [любви] душе. Неизменна эта любовь. Тут нет ни утраты, ни разлуки, ни несчастий. Только одна любовь душ, [высшая всех] любовь мимо родства, дружбы, [условий родства] земных отношений человеческих уз, только та] Но только <та>, которая истекла из обязанностей непреложных человеков видеть в себе Христа. Мы любим тогда божественные свойства души нашей, стало быть, думая любить [Далее было: дру<гого>] душу друг друга, любим [Далее было: в ней] Христа. Где вас двое, там и церковь моя, сказал он, на<ш> божественный [учитель], когда его спросили, где церковь его. Любовь эта неизменна, тут нет утраты, нет разлуки, нет несчастий, нет смерти. И что в мире может лишить нас [нас тогда] этих радостей? Итак, как же вы хотите, чтобы не родилось в глубине души моей тайное желание [а. чтобы не родилось во мне тем<ное> б. чтобы тому, кто ощутил ее в душе и сердце в. чтобы не было в глубине души моей тайного желания при] поглядеть на землю, [Далее было: где проходило земное странствие а. виновника [наших] всего моего [безгран<ичного?>, несравненного] чудесного блаженства б. того, кто низвел небеса на землю, подарил [бесценные, неизображаемые минуты] неизображаемые человеком <?> минуты блаженства, и рождает [душевные] небесную любовь, [которой нет имени на земле] безграничную, ка<к>] где проходили небесн<ые> ноги того, кто заключил в себе всё то, выше чего не слышал человек, кто сказал речи, чудеснее которых не говорил еще человеческий <ум?>, виновника вкушаемых небес на земле, для которых нет слов.